Rambler's Top100

Как старимся? Обсуждение проблемы специалистами

Как старимся? Обсуждение проблемы специалистами

В Москве прошла коннференция "Общество для всех возрастов". Предлагаем вашему вниманию материалы конференции.

 

 

Геронтология и телемедицина в России: отставание от желаемых стандартов начинает сокращаться

В 2016 году доля жителей России старше трудоспособного возраста составила 24,6%, и предполагается, что к 2036 году вырастет до 29%. Особенно быстрая динамика роста отмечается в когорте стариков и долгожителей. А одно из ключевых условий качества жизни в зрелом возрасте - доступность качественных медицинских услуг.

Как отношение общества к зрелости влияет на уровень медико-социальной помощи и где находятся основные зоны развития российской системы здравоохранения – ответили спикеры на секции «Формальная забота», в первый день работы V Национальной конференции «Общество для всех возрастов» (проходит при поддержке Фонда Тимченко). А на параллельном круглом столе «Забота по воздуху. Возможности и этические границы использования высоких технологий» участники дискуссии обсудили важность и возможности развития телемедицины в России, в том числе с конкретными примерами существующих сервисов в России.

Нюта Федермессер, учредитель Фонда помощи хосписам «Вера», руководитель Центра паллиативной медицины Департамента здравоохранения г. Москвы, как специалист, который имеет опыт работы в общественном и государственном секторе, рассказала о законодательной и функциональной составляющей, взаимодействии служб, как отношение врача к больному влияет на результат лечения и как «воспитать» врачей, как перестать считать пенсионный возраст «возрастом дожития».

«Отчётливая тенденция к увеличению продолжительности жизни населения нашей страны, которая наблюдается в течение последнего десятилетия, свидетельствует о позитивных изменениях в социально-экономической сфере жизни и здравоохранении, — говорит Ольга Ткачёва, глава Российского геронтологического научно-клинического центра, главный внештатный гериатр Минздрава РФ. — Меняются запросы общества, структура семей, а предметом публичных обсуждений зачастую становятся такие вопросы, как увеличение пенсионного возраста или проблемы людей с деменцией. Но готова ли существующая система оказания медицинской помощи к таким стремительным демографическим изменениям? Геронтологическая отрасль медицины в России ещё очень молода, и, безусловно, ей ещё предстоит серьёзно и, желательно, как можно быстрее развиваться».

С Ольгой Ткачевой согласен профессор Кирилл Прощаев, директор Научно-исследовательского медицинского центра «Геронтология», который указал, что одной из причин отсутствия должного взаимодействия между социальным и медицинским компонентами при предоставлении медико-социальных/социально-медицинских услуг людям пожилого и старческого возраста являются проблемы в области геронтологического образования.

Директор благотворительного фонда «Старость в радость», член Совета при правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере Елизавета Олескина рассказала о построении системы долговременного ухода на примере пилотных проектов в регионах. «Цель долговременного ухода состоит в обеспечении каждого человека, не полностью справляющегося с самостоятельным уходом, системой поддержки самого высокого качества жизни с наивысшим возможным уровнем независимости, автономии, участия в деятельности, самореализации и человеческого достоинства. Условия России – большой разброс в уровне регионов и большое разнообразие в специфике – требуют гибких подходов к конкретным вариантам решений, принимаемых на местах, и к последовательности и способах внедрения системы долговременного ухода в регионе».

Клаудия Консон, супервизор по сестринскому уходу в отделе гериатрии управления министерства здравоохранения по Южному Округу (Беер-Шева, Израиль): «Главное – это человек и то, чтобы он мог все получить как в момент рождения, так и в момент ухода».

Павел Воробьёв, заведующий кафедрой гематологии и гериатрии ФГБОУ ВО ММУ им. Сеченова, рассказал об особом отношении к «пожилым больным» и «пожилым здоровым» людям. «Считается, что в пожилом возрасте формально нет здоровых людей, но можно ли только из-за наличия хронической болезни считать пожилого человека — больным, и когда его можно признать здоровым? Ни в коем случае нельзя забывать, что пожилые люди со своими болезнями могут жить десятки лет с высоким качеством жизни».

На секции «Забота по воздуху. Возможности и этические границы использования высоких технологий» участники обсудили, как развитие технологий помогает обеспечивать медицинской помощью пожилых людей в случаях недостаточной квалификации местного персонала, проживания в удалённых регионах, отсутствия врачей нужной квалификации на местах, позволяет семье иметь актуальную информацию о здоровье отдельно живущего родственника. При этом важно, чтобы современные технологии для помощи больным и их семьям, не нарушали права человека распоряжаться собственной жизнью.

Лариса Попович, директор Института экономики здравоохранения НИУ ВШЭ: «Цель современной медицины – персонифицированное лечение с учетом потребностей и характеристик конкретного пациента. Технологии телемедицины в перспективе позволяют это реализовать: в будущем с помощью Big Data, комплексного анализа состояния пациента, врач может получить максимально персонифицированные рекомендации его лечения».

Андрей Воробьёв, президент «МТП Ньюдиамед», привёл конкретные примеры реализации государственной программы благодаря системе искусственного интеллекта MeDiCase, когда раннее выявление и адекватное ведение больных с использованием информационных технологий должно привести к снижению числа осложнений, увеличению качества и продолжительности жизни и к оптимизации затрат на здравоохранение. В России насчитывается около 80 000 населённых пунктов с низкой доступностью медицинской помощи, и в соответствии с приказом Минздрава РФ в таких посёлках создаются «домовые хозяйства» для оказания первой помощи, а согласно закону «О телемедицине» диагностическая помощь теперь стала легальной.

Первой в России комплексной круглосуточной службой социального сопровождения, ориентированной на предоставление качественных социальных и медицинских услуг для пожилых людей и инвалидов, стала «Система Забота». Ольга Мидлер, руководитель контакт-центра компании, рассказала о том, как технологические новации преобразовать в социальные технологии, когда приоритетом для неё является не техническое исполнение, а человек, его потребности и интересы. «Система Забота» предлагает социальное сопровождение для пожилых людей и инвалидов, услуги диспетчерской службы для глухих и слабослышащих, «терапевтическое окно» для предотвращения тяжёлых последствий инфарктов и инсультов.

Эффективность социальной технологии обеспечивает работа и сотрудничество всех игроков социального рынка: социального бизнеса, различных ведомств, государства и, наконец, самого потребителя. Безусловно, внедрение социальных технологий невозможно без всесторонней технической поддержки. Благодаря современным техническим решениям, внедрение и

масштабирование социальных технологий происходит намного быстрее и эффективнее. Сегодня как никогда необходимо тесное взаимодействие между социальным бизнесом, предлагающим социальные технологии, и IT-сектором, который помогает их воплотить в жизнь. Только в этом случае можно говорить о том, что социальные технологии будут приносить результат.

*   *   *

Деменция: пока нельзя вылечить, но можно отсрочить

В связи с ростом доли пожилого населения Земли, ряд ученых говорит о грядущей эпидемии старческой деменции, традиционно причисляемой к возрастным неизлечимым заболеваниям. О природе и причинах этого недуга, возможности его излечения и предотвращения, а также о том, как принять изменения в родном человеке и избежать социальной обречённости, говорили эксперты на секции «Деменция – «эпидемия» века?» в рамках V Национальной конференции «Общество для всех возрастов».

Деменции - это спектр нейрокогнитивных и нейродегенеративных заболеваний мозга, ведущих к деградации памяти и интеллекта, которые приобретают характер пандемии в современном стареющем обществе. По предположению ученых, в 2017 г в мире проживает около 50 миллионов людей с деменцией, и ее наиболее распространенная причина – болезнь Альцгеймера.

«Главные факторы риска болезни Альцгеймера – генетика и старение. В ходе научных исследований были открыты четыре главных гена болезни: гены с мутациями, вызывающими ранние формы болезни (гены пресенилинов (PSEN1, PSEN2), ген белка амилоидного предшественника (APP) и ген APOE, аллельный вариант этого гена (е4) ассоциирован с повышенным риском развития болезни Альцгеймера», – пояснил в ходе беседы Евгений Рогаев, руководитель лаборатории эволюционной геномики Института общей генетики им. Н.И. Вавилова РАН, профессора факультета биоинженерии и биоинформатики МГУ. По словам эксперта, различные молекулярные элементы каскадного пути болезни и модулирующие факторы стали перспективными фармакологическими мишенями, однако до сих пор какого-либо прогресса в области фармакотерапии болезни Альцгеймера достигнуто не было, в связи с чем требуется изменить подходы в этой области и в стратегиях клинических испытаний.

В то же время исследования показывают, что, несмотря на генетическую предрасположенность к деменции, она развивается не у всех. У некоторых людей с высоким генетическим риском деменция развивается быстро и рано, а у других – с точно такой же генетикой – очень поздно. «Существует ряд чисто психологических факторов, которые замедляют процесс возникновения симптомов слабоумия, – объяснил Илья Плужников, старший научный сотрудник ФГБНУ «Научный центр психического здоровья», клинический психолог, нейропсихолог. – К таким «гибким факторам» относятся: образ жизни и физическая активность, обогащённая среда, когнитивные нагрузки, индивидуальные увлечения и досуг, уровень образования. При этом социально-экономический статус не играет роли в развитии деменции, в то время как социальные активности помогают отдалить её наступление».

Но даже если речь идёт о нормальном, здоровом старении, многие люди сталкиваются с явлением умеренного когнитивного дефицита. Это во многом является отражением информационной перегрузки или хронического стресса, столь характерного для современного общества, но в любом случае ухудшает качество жизни. «Наблюдения выявили условия и индивидуальные характеристики, связанные с сохранением или снижением когнитивного капитала.

 Учёные выделили “кристаллизованный” (устойчивый) и “флюидный” (подвижный) когнитивный капитал: первый зависит от генотипа, второй является следствием индивидуального развития. При этом исходная когнитивная эффективность – это не только “отправная точка”, но и фактор, влияющий на всю траекторию развития, – отметил Всеволод Розанов, профессор кафедры клинической психологии ИИПО ОНУ им. Мечникова. – Важное значение приобретает траектория жизни – особенности раннего развития, родительское влияние, условия взросления, характер и выраженность стресса на разных этапах жизненного пути, а также выбираемая профессия и прочие социальные обстоятельства, включая осознанные стратегии сохранения своего когнитивного капитала».

Когнитивные проблемы пожилых «закладываются» в довольно раннем возрасте, и в этом участвуют эпигенетические механизмы, зависящие от множества внешних обстоятельств (в основном стрессового характера), а также отчасти от поведения самого человека. Инвестирование в психическое здоровье детей и подростков означает сохранение когнитивных возможностей пожилых людей. Поэтому необходимы не только стратегии позитивного старения (которые, конечно, очень важны для ныне живущих пожилых людей, которых становится все больше), но и более ранние интервенции, направленные на молодёжь. В этой осознанной деятельности могут принимать участие сами пожилые люди. Для этого необходимо найти подходы, которые бы позволили сблизить детей, подростков, молодёжь и пожилых людей.

Андрей Соловьёв, заведующий кафедрой психиатрии и клинической психологии СГМУ, подчеркнул, что психическое здоровье лиц пожилого возраста – зеркало социального статуса общества. Для России характерна разница в отношении к людям пожилого возраста с психическими нарушениями в сельской и городской местностях и ряд особенностей, препятствующих оказанию своевременной психиатрической помощи. В сельской местности зачастую отсутствует возможность прямого контакта с врачами, а родственники склонны приписывать многие изменения возрастным особенностям.

В городах теоретически значительно проще попасть на приём к специалистам психиатрического профиля, но отношение к психиатрическим заболеваниям значительно более стигматизированно, в связи с чем люди не желают обращаться к представителям служб психического здоровья даже за консультацией. Во избежание социальной обречённости пожилых людей с психическими расстройствами и их семей необходимо проводить обучение простейшему скринингу изменений, создавать благоприятное микросоциальное окружение, обучать врачей общей практики.

Как можно бороться с болезнью Паркинсона, вторым по частоте после Альцгеймера заболеванию пожилых людей, объяснила Екатерина Бриль, руководитель Федерального Неврологического Центра экстрапирамидных заболеваний и психического здоровья, доцент кафедры неврологии РМАНПО. Она рассказала о новых направлениях терапии и возможностях реабилитации, альтернативных методах, а также роли телемедицины и общественных организаций в снижении разрушающих последствий этого заболевания. Ещё больше примеров терапии по опыту Германии привела Лена Андрев, директор по образованию Школы патронажного ухода «Внимание и забота»: салютогенез, валидация, тренинг по ориентации реальности ТОР, терапия самосохранения SET, арт-терапия, сенсорные методы – все это успешно используется для сохранения максимальной самостоятельности пациента.

Михаил Янчиков, основатель проекта Eyemove, рассказал об онлайн диагностике болезней Альцгеймера и Паркинсона на ранней стадии по движению глаз. Обследование на предрасположенность и наличие этих болезней можно пройти, не выходя из дома. Особенно это рекомендовано людям, у которых в семье есть случаи болезней Альцгеймером или Паркинсоном, и тем, кто перенес инсульт.

«Для выявления деменции и построения качественной системы помощи больным нужно повышать осведомленность не только общества, но и самих врачей, необходимо обучение практикующих специалистов разных специализаций гериатрии, – говорит Мария Гантман, президент НКО «Помощь пациентам с болезнью Альцгеймера и их семьям», научный сотрудник Центра психического здоровья РАМН. – Нужно налаживать и социальную помощь, выстраивать чёткие алгоритмы взаимодействия социальных и медицинских служб, обучать соцработников, создавать патронажные отделения, места кратковременного пребывания». К сожалению, по словам эксперта, в России всему этому пока не уделяется достаточно внимания, сфера существенно коммерциализирована, в том числе и в научной составляющей. В то время как повышение качества жизни больных деменцией и окружающих больше требует не колоссальных вложений, а правильного отношения и системности.

*   *   *

Как относятся к старикам в России, Германии и Японии

Самая большая доля пожилого населения среди всех стран мира (25%) — в Японии, а в Германии 1 миллион человек живёт в домах престарелых. В России доля жителей старше трудоспособного возраста уже достигает почти четверти всего населения. Считать ли это вызовами или возможностями для общества и государства? Как сформировать единое отношение и научиться использовать ресурсы пожилого поколения в интересах всех сообществ? — ответы на эти вопросы искали представители разных стран на первой пленарной сессии V Национальной конференции «Общество для всех возрастов», которая проходит в эти дни в МИА «Россия сегодня».

Хорст Крумбах, член совета директоров Generations bridge Germany, Хидетоши Эндо, директор Центра обучения и инноваций Национального центра гериатрии и геронтологии Японии, а также Владимир Миронов, декан факультета философии МГУ, Анатолий Вишневский, директор института демографии НИУ ВШЭ, Павел Келлер, зам. руководителя департамента труда и соцзащиты населения города Москвы, Мария Морозова, генеральный директор Фонда Тимченко, организатора конференции, и другие спикеры говорили о том, зачем старики государству, обществу, семье, себе.

Хидетоши Эндо представил национальную стратегию Японии. Японцы планируют создать в будущем особую форму организации жизни пожилых людей. Одна из целей правительства и общества – создание целостного, всеобъемлющего сообщества зрелых людей, в котором профилактика, уход на дому, медицина, уход и поддержка пожилых людей осуществляются с помощью пожилых людей.

И японцам уже приходится выделять среди пожилых различные категории: более молодые, более здоровые или наоборот, и в зависимости от их возможностей давать им различную полезную нагрузку. «Сейчас мы перестраиваем нашу концепцию и идею того, как могут существовать пожилые люди в Японии. Процесс будет идти до 2025 года. Ожидается, что здоровые пожилые люди будут поддерживать других пожилых людей, можно сказать, что это будет поддержка пожилых людей зрелыми членами общества», - объясняет господин Эндо.

Хорст Крумбах на собственном опыте убедился, что распространённый в Германии стандарт качественного медицинского ухода, а именно чёткое следование требованиям гигиены, продовольственного обеспечения и общего ухода, совсем не обязательно является залогом высокого уровня благосостояния и эмоционального комфорта пациентов.

Это вдохновило его на разработку концепции Generation Bridge Germany – проекта, соединяющего стариков и детей и позволяющего пожилым людям передавать молодому поколению свои знания, мудрость, опыт, получая при этом тёплое человеческое общение и эмоциональную наполненность. В своём выступлении на конференции он рассказал о роли пожилых людей в немецком обществе в целом, устройстве жилья и быта, возможности поддержки для пожилых людей, которые не могут жить дома, описал положение 1 миллиона пожилых людей, живущих в домах престарелых.

Демографическое старение – следствие огромных достижений человечества в снижении смертности и обусловленного им перехода от равновесия высокой смертности и высокой рождаемости к равновесию низкой смертности и низкой рождаемости («демографический переход»), что также в последние годы, хотя и не до конца успешно, было достигнуто в России, говорит Анатолий Вишневский, известный российский демограф и профессор

Высшей школы экономики. Сформировавшаяся возрастная структура сама по себе не хуже и не лучше прежней, но она другая и никогда уже не вернётся к прошлому.

Демографическое старение меняет характер отношений между поколениями, типичные траектории индивидуальной и семейной жизни, ставит в непривычные условия практически все системы социальной жизнедеятельности: рынок труда и потребительский рынок, системы образования и здравоохранения, пенсионную систему и систему организации досуга и т.д. «К сожалению, Россия находится далеко не в первых рядах стран, находящих успешные ответы на вызовы старения, у нас возможности, создаваемые самим процессом развития, пока используются далеко не в полной мере, и это не может не сказываться на самочувствии общества и на развитии страны в целом», - считает профессор Вишневский.

*   *   *

«Неформальная забота» - личное дело каждого или выгодный бизнес?

В России 1,8 млн человек нуждаются в постоянном уходе. Как и кто должен обеспечивать комфортное проживание для пожилых? Дело не только в том, что государство не может предоставить максимальный комфорт и уход для всех категорий, 90% пожилых людей хотят до последнего момента оставаться дома. А значит, они становятся объектом так называемой «неформальной заботы».

За рубежом понятие community care давно прижилось и понятно многим, в России стоит не только вопрос корректного перевода термина, но и формирования самого явления, говорили спикеры на секции «Неформальная забота. Community care» в первый день работы V Национальной конференции «Общество для всех возрастов». А на параллельном круглом столе «Семья и система. Как помочь семье с больным» участники дискуссии обсудили вопросы организации комплексной поддержки всех сторон, вовлечённых в заботу о больном пожилом человеке.

Мировой тренд сейчас заключается в постепенном движении от централизованных и институализированных форм социальной поддержки к развитию семейного ухода и поддержки пожилых местными сообществами во взаимодействии с государством. То есть – распределение нагрузки. Потребность старшего поколения в стороннем участии и потенциальная готовность общества оказывать помощь высока, равно как и желание и возможности бизнеса.

Вадим Носов, руководитель негосударственного центра социального обслуживания «Близкие люди», привёл данные обзора рынка негосударственного надомного социального обслуживания в России. В целом в мире это рынок объёмом 250 млрд $ в год, растущий ежегодно на 9%, но доля России крайне мала: если в США объёмы достигают 60 млрд $ в год, то в России всего лишь 1,8 млрд $. Очевидно, это та сфера, где Россия сильно отстаёт даже от восточноевропейских стран, и есть перспективы развития. Нужно признать, что государственная система соцобслуживания не обеспечивает всех потребностей, поэтому негосударственный сектор должен взять на себя существенную часть обязанностей.

Сейчас в России работают 209 патронажных служб, вместе с агентствами домашнего персонала, имеющими сильное направление сиделок, и религиозными службами всего можно насчитать около 500 компаний данного направления. Как правило, это микробизнес, состоящий из 2-4 специалистов в офисе и постоянно меняющейся базы сиделок, единицам компаний удалось вырасти до более высокого уровня. Средние затраты семей на уход - 15 000 рублей в месяц, в Москве и на Дальнем Востоке - 20 000.

В целом по России негосударственное надомное соцобслуживание - это 2000 специалистов, 60000 сиделок и 200000 человек, ежегодно пользующиеся услугами. Общий объём рынка - 9 млрд. рублей в год, и это примерно 1/10 часть от государственного сектора, а примерный рост сохраняется на уровне 20-30% в год. Пока частный патронажный бизнес в целом не готов работать с госзаказом, с бюджетными деньгами, в силу микроразмеров компаний, но ситуация изменится уже через 3-5 лет. Также можно ожидать появления первых сетевых компаний в этом сегменте, как через филиальную, так и через франчайзинговую модель

.Эксперты обсудили, что же такое сommunity care — как явление, термин, структура взаимодействия между государством и обществом. Выступавшие рассказывали, что нужно делать, чтобы помочь семье с больным, как предложить и попросить помощь, не боясь потерять лицо, какие возможности есть сейчас у российских НКО по замещению некоторых функций государства, и кто может научить социальных работников и волонтёров оказывать помощь пожилым и их семьям.

Хидетоши Эндо, директор Центра обучения и инноваций Национального центра гериатрии и геронтологии: «Жители больших городов в Японии живут в намного большем отрыве от community care, нежели в пригородах. В городах непросто как получить помощь, так и оказать её. В жителях пригорода намного больше общинного духа, они больше друг другу помогают. Поэтому наша цель – большие города. Но в целом в стране работает единая программа community care, поэтому помощь оказывается системная и равнозначная».

Одна из успешных, действующих и распространённых во всем мире программ «неформального ухода» - «Мост поколений», которую в своё время разработал Хорст Крумбах, член совета директоров Generations bridge Germany. «Одна из худших вещей в пожилом возрасте - чувство социальной изоляции. Старшие граждане часто живут изолированно, поэтому не только лишены столь необходимых коммуникаций, заботы и сердечных эмоций, но также не имеют возможности поделиться своими знаниями и опытом с молодыми поколениями.

Мы попытались решить эту проблему в нашем проекте, который обеспечивает необходимую среду и ресурсы для удобного, плодотворного и взаимовыгодного взаимодействия поколений. Постоянно растущие различия между поколениями сильно сказывается на нашем обществе, и нужно преодолеть этот разрыв», - говорит Хорст Крумбах. Спикер рассказал, почему мы должны связывать поколения, как мы можем это делать, и кто должен этим заниматься — роль правительства, гражданского общества, некоммерческих организаций, профессиональных учреждений и волонтёрских служб и движений.

«Самое главное, что отличает в Германии систему community care – это отдельное страхование домов престарелых, – отмечает Крумбах. – Поэтому они являются не домами престарелых в общепринятом смысле, а скорее комфортными домами отельного типа. Но есть и другая сторона медали: в Германии очень ограничен выбор ухода за пожилыми: они живут либо в домах престарелых, либо дома. В этом смысле идеальной моделью видится система в Швеции, где целых шестнадцать разных уровней ухода. И это то, к чему нужно стремиться – чтобы у людей старшего возраста было как можно больше альтернатив, где проводить свою старость».

Наталья Перязева, основатель проекта «Сказки у Камина», привела пример зарубежного опыта, а именно рассказала, как в Германии оказывается поддержка старшего поколения на уровне общин, в том числе в рамках домов престарелых. «В России фактически табуирована тема старости и старения, но для того, чтобы общество было устойчивым,

необходимо равное отношение ко всем его членам, поэтому в рамках проекта «Сказки у Камина» мы работаем над тем, чтобы будущее было без страха перед старостью. Работа ведётся по нескольким направлениям: дружба детей и пожилых людей и воспитание детей и молодых людей в духе принятия людей старшего возраста со всеми их особенностями», - рассказала спикер.

В рамках секции «Семья и система. Как помочь семье с больным» все выступающие подчёркивали, что качество жизни болеющего пожилого человека невозможно рассматривать в отрыве от качества жизни его семьи. Это элементы единой системы, семья, ухаживающая за больным, одновременно – субъект и объект заботы. Но встречаются ситуации, когда близкие люди выступают агрессором по отношению к пожилому родственнику, и их не нужно замалчивать.

Ирина Рощина, старший научный сотрудник НЦПЗ РАМН, доцент кафедры нейро- и патопсихологии факультета специальной и клинической психологии МГППУ, на обобщённом примере рассказала, что делать, если у одного из членов семьи диагностирована деменция позднего возраста. Как выявить ранние симптомы, не перепутать их с проявлениями старения, как принять диагноз, не скатиться в депрессию, и как найти правильный ответ на вопрос – стоит ли лечить данного больного. Необходимость организации постоянного контроля и ухода за больным сужает возможности собственной свободы остальных членов семьи, вынуждает семью к дополнительным значительным материальным затратам. Нужно помнить, что деменция у члена семьи должна рассматриваться как новое сложное травмирующее обстоятельство жизни, к которому придётся адаптироваться всем.

Старший преподаватель Школы патронажного ухода «Внимание и забота» Екатерина Дихтер привела статистику потребности в патронажной помощи и реабилитации. Сегодня поликлиники не готовы обслуживать всех нуждающихся, поэтому растёт роль паллиативных кабинетов и патронажных сестёр. Но кто эти специалисты, каковы их возможности и мотивация к работе? Школа «Внимание и забота» позволяет слушателям получить необходимые навыки, сформировать правильное отношение и мотивацию для работы с непростым контингентом.

Одним из мостиков между медицинской и социальной сферой, а также между формальным и неформальным уходом, могут и должны стать системы долговременного ухода, говорит Алексей Сиднев, генеральный директор «Сениор Групп», председатель правления некоммерческого партнёрства негосударственных поставщиков услуг для пожилых людей «Мир старшего поколения». Системы долговременного ухода заполняют пробелы и предоставляют ключевой ресурс для пожилых людей в том, что касается «здорового старения». На сегодняшний момент в России нет рассчитанной потребности в подобных системах, комплексного подхода и стандартов ухода, системы поддержки семей, а также наблюдается нехватка квалифицированных кадров.

Для выстраивания эффективных систем долговременного ухода нужно разработать финансово-экономическую модель, наладить межведомственное взаимодействие, проводить

оценку качества работы по выработанным стандартам и протоколам. При этом полноценная модель должна включать как медицинскую, так и социальную помощь. Над всем этим в России ещё предстоит работать, хотя определённые шаги уже сделаны, как это показывает «Сениор Групп», предоставляя медико-социальные услуги пожилым людям дома и в специальных центрах, распространяя и делясь этим опытом на уровне государственных и благотворительных организаций.

К сожалению, старение сопровождается нарастанием в группе пожилых людей соматической и психической патологии, депрессий, деменций и следующими негативными социальными тенденциями, рассказал Любовь Пищикова, геронтопсихиатр, руководитель группы геронтопсихиатрических исследований ФГБУ «ФМИЦ психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» Минздрава России. Это - дискриминация по возрастному принципу (эйджизм), социально-экономическая стратификация, недостаточная правовая и социальная защищённость, дискриминация в доступе к медицинскому обслуживанию и его низкое качество, нарастающая «эпидемия деменций», жестокое и пренебрежительное обращение. Под жестоким обращением с пожилыми людьми подразумевается физическое, сексуальное, психологическое, эмоциональное, финансовое насилие, оставление без заботы, пренебрежительное отношение, а также оскорбление достоинства и неуважение.

ВОЗ подчёркивает отсутствие широкомасштабных исследований по проблеме жестокого обращения и насилия и приводит следующие цифры по Европейскому региону: 29 млн (19,4%) пожилых людей испытывают психологическое насилие, 6 млн (3,8%) становятся жертвами финансовых злоупотреблений, 4 млн (2,7%) подвергаются жестокому обращению в форме физического насилия, 8500 погибают ежегодно в результате убийств, причём 2500 (30%) убийств совершают члены их семей. В России также отмечается рост насильственных агрессивных действий в отношении пожилых людей, мошеннических действий, направленных на завладение их собственностью, жилплощадью, имуществом, действий, направленных на лишение лиц позднего возраста дееспособности и помещение их в психоневрологические интернаты.

Для преодоления негативных тенденций, связанных со старением населения планеты, ВОЗ были разработаны программные документы, закрепляющие презумпцию здорового старения, борьбу с дискриминацией людей старшего возраста, соблюдение их прав, включая право на обладание наивысшим достижимым уровнем здоровья и на его постепенную реализацию, принятие законов и административных мер, защищающих от дискриминации на основе возраста.

*   *   *

Вызовы демографического старения: Россия – в поисках ответа

Почему Россия входит в рейтинг худших стран для пенсионеров и как это исправить – обсуждалось на первой пленарной сессии V Национальной конференции «Общество для всех возрастов», которая проходит в эти дни в МИА «Россия сегодня». Открытие конференции прошло под вопросом «Зачем старики государству, обществу, семье, себе». Все спикеры согласились, что хотя общее понимание социальной, экономической, культурной значимости пожилого поколения уже сформировано, оно ещё не распространено в обществе и в государственных структурах.

В обсуждении участвовали Алексей Вовченко, первый заместитель министра труда и социальной защиты РФ, Дмитрий Колобов, директор Департамента развития промышленности социально-значимых товаров Минпромторга РФ, Владимир Миронов, декан факультета философии МГУ, Анатолий Вишневский, директор института демографии НИУ ВШЭ, Хидетоши Эндо, директор Центра обучения и инноваций Национального центра гериатрии и геронтологии Японии, а также Мария Морозова, генеральный директор Фонда Тимченко (организатора конференции) и другие.

Старение населения заставляет пересмотреть взгляд государства и общества на возраст 60 +. С увеличением продолжительности жизни возникла потребность не только заботиться о стариках, но и встраивать их в профессиональную и социальную жизнь, используя их ресурс. В обществе растёт понимание общественной и экономической значимости пожилого населения, доля которого постоянно увеличивается. Старикам также приходится пересматривать своё отношение к возрасту – каждое следующее поколение может наблюдать, как меняются их самоощущения, возможности, потребности по сравнению с предыдущими поколениями.

Мария Морозова, генеральный директор Фонда Тимченко: «В нынешнем году произошло важное событие: Президент РФ Владимир Путин поручил разработать стратегию долговременного ухода за пожилыми людьми. Скоро в регионах страны начнется реализация пилотного проекта по разработке подобной системы».

Открывая пленарную сессию, Алексей Вовченко, первый заместитель министра труда и социальной защиты РФ, отметил: «Уже к 2035 году пожилых людей будет большинство. И мы должны ответить себе на вопрос, каковы будут потребности этого большинства, и как их будет воспринимать общество? Разработка стратегии долговременного ухода за пожилыми людьми очень важна. Ее главная задача – создание условий для активного долголетия. Такая задача впервые ставится в стратегическом документе. Уже сейчас мы ведем работу на всех уровнях для выработки реальных механизмов ее реализации».

Дмитрий Колобов, директор Департамента развития промышленности социально-значимых товаров Минпромторга РФ, рассказал: «Для нашего ведомства пожилое население – в первую очередь, потребитель, причем с особенными запросами. И наша задача – обеспечить “дорогу с двусторонним движением”: удовлетворить потребительские запросы старшего поколения, с одной стороны, а с другой – донести до производителей, что пожилые люди являются серьезной потребительской когортой, о которой нужно думать не завтра, а уже сейчас».

Анатолий Вишневский, известный российский демограф и профессор Высшей школы экономики, указал, что демографическое старение – общемировой тренд, коснувшийся и России, – поменяло характер отношений между поколениями, типичные траектории индивидуальной и семейной жизни, и постепенно ставит в непривычные условия практически все системы социальной жизнедеятельности: рынок труда и потребительский рынок, системы образования и здравоохранения, пенсионную систему и систему организации досуга и т.д. Это приводит мир к невозможности жить по-старому в новых условиях и к необходимости глубоких перемен и отказа от многих прежних представлений.

«К сожалению, Россия находится далеко не в первых рядах стран, находящих успешные ответы на вызовы старения, у нас возможности, создаваемые самим процессом развития, пока используются далеко не в полной мере, и это не может не сказываться на самочувствии общества и на развитии страны в целом», – говорит профессор Вишневский.

Молодость и старость – две стороны единого процесса жизни, напоминает Владимир Миронов. Проблема в том, что на сегодняшнем фоне возникновения глобального коммуникационного пространства разрушается диалог культур в целом, дилемма «молодость-старость» также деформируется и имеет тенденцию к разрыву. Нарастает не просто возрастное противопоставление людей, находящихся в разном возрасте, а столкновение различающихся систем ценностей. «Раздувание» противоречий между взрослым поколением и молодёжью часто является средством манипуляции, направленной на их обострение для достижения, причём не всегда легитимным образом, тех или иных политических целей.

Константин Ковалёв-Случевский считает, что именно в России будет полезно обратиться к традициям, на сегодня несколько забытым. «Сыновнее почтение» должно стать общественным феноменом. Состояние общества и его культурно-историческая зрелость оценивается по тому, как это общество относится к слабым – в первую очередь, к детям и пожилым людям. И если с детскими домами, после десятилетий войн и беспризорщины, мы сегодня как-то уже разобрались, то старики, которые по известным лозунгам должны были быть у нас в почёте, на самом деле – пока ещё не устроены. Россия имеет многовековые традиции по заботе о тех, кто нас растил, кормил, учил, отдавал лучшие годы жизни на обустройство страны и двигал само общество вперёд. Пока эти традиции ещё не вернулись в обиход.

10.10.17.

Комментарии к статье
Добавить комментарий


Читайте также:





Мы и общество...

Партнеры

Из почты

Навигатор

Информация

За рубежом

Странная штука жизнь: все время чего-то ждешь. Зимой – лета, летом – отпуска, и все время – Новый год. В отпуск и в Новый год с тоской ждешь, когда праздник кончится. Не хочешь об этом думать, но каждый день невольно ловишь себя на мысли, что ждешь.
 
Когда рождается ребенок, с нетерпением ждешь его первых шагов, потом первого слова, дальше первого сентября, чтобы отвести его, наконец, в школу. Потом ждешь выпускного и какой-то определенности: техникума или института. Если ждешь армии, то потом ждешь, когда вернется. Ждешь своей квартиры, потом размена, чтобы жить от этого же ребенка отдельно. Ждешь внуков, потом ждешь, что тебя, наконец, поймут их родители.
 
Ждешь, когда пройдет болезнь, потом с надеждой ждешь, что к этой старой болезни не добавятся новые. Так проходит жизнь. Единственное, чего не ждешь – смерти. Она приходит в результате всех этих ожиданий и до последнего кажется, что момент еще не настал.



 
Ну как же? А Новый год? А лето? Вот с этой мыслью все и заканчивается...
 
Наталья АНДРЕЕВА, "Утро ночи любви"